Dogs: Madness games

Объявление

Я живу в мире огня и песка. Палящие лучи багрового солнца медленно поджаривают всех, кто ползает и летает. Песчаные бури срывают растительность с голой земли. С безоблачного неба ударяет молния, и неизвестно откуда взявшиеся раскаты грома разносятся над равнинами. Даже ветер, сухой и обжигающий, как печь гончара, может убить человека жаждой. Это земля крови и пыли, здесь племена диких эльфов проносятся по соляным равнинам и грабят одинокие караваны, таинственная песня ветра влечет людей на медленную смерть от удушья в Море Ила, и легионы рабов бьются насмерть за горсть зерна. Дракон разоряет целые города, а эгоистичные короли отправляют свои армии строить для себя громадные дворцы и роскошные гробницы.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dogs: Madness games » временная аномалия » Когда-то я был рыцарем, помнишь?


Когда-то я был рыцарем, помнишь?

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

• Действующие лица:
Asso, Teras.
• Время:
Около года назад.
• Атмосфера:
Река. Зима. Солнце постепенно падает к линии горизонта, начинает смеркаться. Температура около -10°C, безветренно, на удивление безоблачно.
• Цель:
Отыгрывание первой встречи и отношений персонажей.

0

2

Начало декабря. Земля уже укуталась в густую снежную шубу, солнце более ее не грело, а мороз с каждым днем становился все сильнее. Наступало тяжелое время для всех жителей Зоны: холод вынуждал блуждать в вечном поиске жилища, значительно сбивал дух, да и еды становилось намного меньше. Собаки покрывались густой шерстью, но значительно худели, многие даже погибали, особенно трудно было кормящим сукам, которые наблюдали за тем, как слабеет их потомство. А ведь зима только начинает набирать обороты, температура будет падать и вскоре достигнет отметки -30 - суровые условия для уличной жизни. К счастью, сейчас в этом месте было безветренно, пушистый снег не летел в морду и не колол глаза, да и зимний ветер, знаете, способен пронизывать до костей. Неподалеку приятно журчала река, которую не смог сковать мороз, и она продолжала оставаться кристально-чистым источником воды. Медленно, но верно начинало смеркаться, и в силу зимней поры вскоре земля погрузится в непробудную тьму, пока утренние лучи солнца не развеют черную дымку.
Фрр, - глухо раздалось в зимней тишине, нарушаемой звонким хрустом пушистого снега. К реке приближался зараженный волк. Шаг его был привычно тяжелым и уверенным, словно подминал землю под себя. Из широких ноздрей хищника вырывался густой белесый пар, моментально устремлявшийся к темнеющему небу. Куда же ты запропастилась? Мы же договорились... - разговаривал с сам собой Терас, обдумывая, что же могло задержать Ренон. Если она не придет в назначенное место до темна, то волку придется отправиться на ее поиски. Даже мутация не смогла разрушать той крепкой эмоциональной связи, которая много лет назад возникла между Терасом и Ренон, возможно, именно поэтому оба существа не стали беспощадными убийцами, как другие псайтеры. Стабильность в их теплых отношениях сохранила чувства, эта парочка была такой же, как и прежде, только теперь страшной. Хотя, кто знает, как они отреагируют на посторонних, ведь они тщательно избегали незнакомцев. Их было только трое: Терас, Ренон и весь остальной мир. Шаг серого зверя иногда замедлялся, и волк мотал головой по сторонам, жадно втягивая морозный воздух и тут же выдыхая, пытаясь вычислить Ренон. Но ее все не было, тогда Терас позволил себе занервничать. Куцый хвост хищника импульсивно ходил из стороны в стороны, потом вновь замирал, вздрагивал и вновь нервно ходил из стороны в сторону.
Тем временем расстояние неумолимо сокращалось, и до носа волка донесся сладкий запах лесной реки, Терас был совсем близко. Горло самца было иссушено, так как Терас шел достаточно долго, и поедание снега уже не могло удовлетворить потребности в воде. Вы могли бы сказать, почему бы не остаться в городе? Что же, по городу ходили озверевшие собаки, которые были готовы пойти на все, чтобы набить свое брюхо, поэтому было нередко такое понятие, как каннибализм. Поэтому было бы очень неприятно наткнуться на свору псов-каннибалов и стать их ужином, против такого движения волк и собака - просто ничто. Да и как было подмечено ранее, Терас и Ренон не были дикими, хоть они и слепые. Поэтому парочка старались всячески избегать потенциальных мест скопления собак и предпочитали вообще убираться подальше от города. А поскольку Терас был волком, то он вполне мог добыть себе с Ренон ослабшее парнокопытное или кого-нибудь поменьше, так и жили. К тому же в лесу было достаточно укрытий, в которых можно было переждать непогоду и сильные морозы. На этой территории они были одни, они были своеобразными собственниками, в то время как город превращался в арену битвы за выживание.
Массивная голова осторожно опустилась к водной глади, и черный шершавый язык начал ритмично захватывать живительную влагу, которая словно бальзам обволакивала всю пасть и горло. От наслаждения серый хищник зажмурил глаза, казалось, он никогда не сможет окончательно насытиться лесной водой, родной водой. Утолив жажду, Терас вновь осмотрелся, в надежде найти Ренон. С черных губ падали прозрачные капли воды, а вскоре морда волка покрылась седым инеем, прибавляя самцу года три возраста. Отойдя от кромки воды, куцехвостый вперил свой взгляд в глубь леса, хищный взгляд бродил из стороны в сторону, но приемная мамаша так и не появлялась. Солнце неустанно катилось к линии горизонта. Тогда волк взвыл, протяжно и гулко, его вой растекался по всему лесу, предупреждая всех присутствии зверя. Голос его был невероятно чистым и звонким, он был таким только для Ренон, для горячо любимой Ренон, которую, казалось, этот свирепый хищник любил больше свой жизни. Терас звал мать.

+2

3

Знаешь, нам с тобой не по пути.
Перекрестки, кажется, повсюду.
Пожелай мне лучшего, иди,
И я в след смотреть тебе не буду.

Скажи, а что есть красота? Уж не эти ли заснеженные пейзажи, что так радуют глаз? Уж не эти ли пушистые снежинки, что вечерами не торопясь спускаются с неба, небрежно окутывая, скрывая эту больную землю, что так опостылела, но куда от нее денешься? Она ведь только иллюзорно отпустит, подарит крылья, подарит свободу, но, вместе с тем, глубоко и незримо заляжет внутри тебя, чтобы в один прекрасный момент вырвать все, что так щедро дала. Не веришь? Не смей испытывать, не нужно. Лучше наслаждайся тем, что живешь, не сахарно, но живешь, а ведь не у всякого есть такой подарок судьбы. Смеешься? Да, ты права, под этой зараженной, прогнившей маской несчастий сложно увидеть тот ценный дар, а ты попробуй. Попробуй, ну же, найди в себе силы, ты ведь сильная здоровая собака. Снова смеешься, снова права; никто не останется в Зоне здоровым, она всегда оставит на тебе то клеймо, что будет нестерпимо жечь шкуру, пока не умрешь. Эй, что скисла? Слушай и запоминай, запоминай и не слушай более. Те мудрецы, что всегда и неотступно будут лить плавленное железо в уши, пытаясь сгубить твою чистую душу, лишь мешают жить. Для них уже всё потерянно, они уже все потеряны. Бьются, словно рыбы на песке, слепо думая, что все еще бороздят просторы кристальной воды, а на деле давно с засохшим мозгом у виска. Не морщи нос, детка, это правда жизни, ты ведь не в сказку попала, ты ведь уже не веришь в чудеса и счастливый конец. Ну же, ступай, начало смеркаться, а тебе еще нужно попасть домой. Да, теперь это твой новый дом. И, знаешь, я очень огорчусь, если ты опустишь лапы на половине пути, ты должна многого достичь, девочка. Считаешь меня тем же полоумным мудрецом? Что ж, будь по твоему, но мы с тобой оба знаем, что это далеко не так, верно? И ты не собьешься с пути, оправдываясь своей несчастной судьбой, что так жестоко с тобой обошлась, нет. Ты наперекор всему покажешь высший пилотаж, маневрируя среди этого убого мира, что раскинулся перед твоими широко раскрытыми глазами. Ну, ступай, ступай, я попрошу за тебя у него.
Я вздохнула, и, закрыв глаза, попыталась вновь воскресить черты его морды, что остались с ним навсегда: застывший взгляд, устремленный куда-то ввысь, куда-то в небо, и саркастическая улыбка, которая насмехалась над его последними словами. Он ушел. Ушел так и не попрощавшись. Подлец, а мне хотелось лишь уткнуть нос в его еще теплую шерсть, защищая нежную кожу от морозного вечера и, вместе с этим, вдыхая запах, что стал безотчетно родным. Мароу, я все еще скучаю. Вторая зима без тебя, а я все еще скучаю, вспоминая твои слова, когда становится невыносимо тоскливо и более не хочется дышать.
Высоко поджимая стройные лапы, чтобы оттянуть то мгновение, когда они вновь коснуться холодного снега, тусклой походкой направлялась обратно в лагерь, желая лишь иметь крыла за спиной, что помогли бы преодолеть то расстояние, которое отделяло меня от сна часов двенадцать на уютной подстилке из соломы. Да, хотелось просто закрыть глаза и забыться во сне без ярких картинок. Но даже будь оно так, на утро меня вновь бы придавила суровая реальность, полный рот забот и очередная головная боль, что мучает меня которую зиму подряд. Путь, что упорно не хотел сокращать свои размеры, видимо, насмехался над моими желаниями, мыслями, чувствами. Он был в праве так поступить, ведь ничто более моего глупого порыва не толкало меня отправится сюда, а и не сомневалась, что поплачусь за это. Прислонившись к старому стволу дерева с местами обшарпанной корой, подняла, наконец, глаза от мелкой тропки, что провожала меня обратно, и окинула местность усталым взором. Река, что не поддалась морозу и осталась не скованной в лед, бодро несла свои воды куда-то вглубь заснеженного леса, а я пыталась выкорежить взглядом упавшее дерево, чтобы перейти на тот берег. Мгновение и в уши ворвался протяжный вой одинокого волка, которого тут же выхватили глаза из общего пейзажа. Это был очень крупный и рослый волк, что в купе с его грубоголосым воем заставило меня пропустить по телу дрожь, и мне было чего опасаться; изнуренная долгой ходьбой, я вряд ли нашла бы в себе силы унестись прочь, если бы он решил напасть на меня, а, учитывая конституции наших тел, исход боя был виден как на ладони. Осторожно выглядывая из-за дерева, попыталась контролировать его движения, но допустила осечку - горящие разномастные глаза вонзились в мою шкуру, моментально различив меня среди зимнего пейзажа.

+2

4

Вой оборвался так же внезапно, как и начался. Надеюсь, Ренон услышит призыв волка, по крайней мере, если находится в зоне досягаемости. И зачем она вынуждает его волноваться? Женщины странные существа, скажу я вам, впрочем, все мы странные, но женщины - особенно. Парочка псайтеров никогда не разлучалось так надолго, а если и разлучалась, то Ренон всегда приходила вовремя, без опозданий, словно шестым чувством улавливала тот момент, когда надобно появиться. Впрочем, оно и не удивительно, что собака запаздывает: она была уже не молода, ее шелковистая шкурка покрылась сединой, лапы ослабли, только в карих глазах сохранялось невероятно сильное желание жить и вся бодрость молодости. Эх, старушка ты моя, когда же приковыляешь, а? Серый зверь вновь фыркнул, усмехаясь над своим вопросом, после чего взгляд его споткнулся о какое-то инородное тело. Незнакомка! В нос ударил резкий, неведомый Терасу запах суки, отчего тот несколько раз глухо фыркнул, подобно недовольному чем-то коню. Хрупкое, изящное тельце жалось к дереву и пыталось укрыться за ним, но было слишком поздно. Хищный взгляд завис на незнакомке, из головы улетучились все мысли так же, как улетучилась тревога о Ренон, и возник один вопрос: Что это хрупкое создание забыло здесь, в лесу? Эта мысль совершенно сбила волка с толку, ибо в его голове никак не мог уложиться тот факт, что эта изнеженная собачка вообще способно отойти от города, от людей и, наверняка, от стаи. Терас развернул корпус, и теперь его громоздкое тело было обращено точно к белой незнакомке. Сделав шаг вперед, зверь повторно втянул морозный воздух, считывая информацию о собаке по ее запаху и запоминая его. Хотя, возникал еще один вопрос: а оставит ли хищник незнакомку в живых, и, в таком случае, стоит ли запоминать ее? Внутри забурлило инстинктивное желание вечной погони, поэтому решение бежать - было бы не самым разумным поступком белой особи.
-А я думал, такие, как ты, должны сейчас лежать в ногах хозяина и греться у камина, - нарушил зимнюю идиллию грубый волчий голос. Это была не усмешка, это было неумение общаться с посторонними, т.к на протяжении многих лет Терас контактировал лишь с Ренон. К этому факту прибавлялось и то, что волк был крайне прямолинеен и говорил все, что думал, а о суке он думал именно так. Как может выжить подобное существо без человека? Неужели у этой хрупкой конструкции хватает сил, чтобы выжить в уличных условиях? Впрочем, эта особь наверняка принадлежала к какой-нибудь своре, которая и помогала ей выжить. Куцый хвост серого вздернулся и принял параллельное земле положение, таким образом предупреждая незнакомку не делать излишних резких движений, пускай лучше стоит на месте и надеется на благосклонность судьбы. Терас неторопливо начал приближаться ближе, всматриваясь в суку еще более пристальным взглядом, хотя в целом он сохранял спокойствие, и в нем не просыпалось желание отужинать легкой добычей, впрочем, даже сам зверь не знал, продержится ли такое настроение долго. Чем ближе приближался хищник, тем отчетливее можно было различить покрасневший белок и то, до каких размеров мутировал куцехвостый. Особой отличительной и несколько (а, может, и не несколько) пугающей чертой зверя была массивная цепь, обвивающая его шею, звенья которой противно позвякивали при малейшем движении Тераса, что происходило и сейчас.
И теперь, взглянув на эту картину незаинтересованным взглядом, красота зимнего пейзажа, мелодичное журчание ручья, невероятно красивое небо, оттенки которого варьировали от темно-синего до кроваво-красного цветов, звонкий хруст снега и лесной пейзаж отходили на задний план, на передний же план выдвигались два живых существа, совершенно случайно, по воле случая столкнувшиеся в необъятном лесу.  Казалось бы, как велик этот мир, и как мала вероятность подобной встречи, но, тем не менее, она случилась. Здесь и сейчас находились совершенно разные по своей натуре божьи твари, вперив друг на друга свой взгляд и не желая выпускать незнакомца из виду. Что случится дальше, будет ли эта встреча счастливой или, наоборот, трагичной? Что ж, все это теперь зависит только от тех, кого вы видите перед собой: от серого хищника и от белой борзой. Ситуация накалялась.

+2

5

офф: так, как дело было давно, то Ассоль еще занимала пост шпионки, думаю, не удивляйся, если что. И да, задержи меня как-то, чтобы на этом флеш не скончался. хд

Судорожно решала, как поступить, упорно отгоняя невеселые мысли прочь, ведь должен быть другой выход, он всегда есть, просто, его надо рассмотреть, увидеть. Сглотнула, переминаясь с лапы на лапу, а в ушах стучали секунды, бежавшие с неимоверной скоростью, с каждым мгновением приближая точный исход, непременно заданный с выше. И кто сказал, что мы сами вершители своей судьбы? Я с радостью бы плюнула в морду обоим - и вершителю, и этому умнику, что непомерно хорош в своих фразочках, надо отдать ему должное все же.
Напрягая уставшие мускулы до отказа, чуть заметно дернулась, когда волк сделал шаг вперед. Ну же, Ассо, ты не посмеешь закончить вот так, только не сегодня, только не сейчас, но если уж и винить кого-то, то только себя, милая. Нет, правда, ума не приложу, как нужно было допустить подобную промашку будучи выдающейся шпионкой? Незнакомец же тем временем вдыхал и выдыхал промерзший воздух, пожирая меня недоумевающим взглядом, и, верно, сомневался в том, что я могу твердо стоять на лапах. Незаметно пропустила усмешку, слегка склонив голову набок, но продолжая неотступно держать его взгляд, благо это было не так трудно, как понять намерения волка. Благодари создателя за светлую головку, коей он тебя наделил и, видно, не зря, иначе давно безрассудно ляпнула что-то вроде "эй, ну чего уставился, верзила?", за что несомненно бы поплатилась распоротым брюхом.
Моих ушей вновь коснулся грубый голос серого. Не впервые слышала, могла бы, конечно, ожидать, но все равно, едва оголяя кончики белесых клыков, губы растянуло в легкой неприязни с примесью обоснованного опасения. Нет, меня не трогали его едковатые слова, которые теперь и вовсе подтвердили мои догадки о том, что он ставил мои физические силы под большое сомнение. И смех, и грех было бы сравнивать его мускулатуру с моей, но ведь он много уступал мне в проворности, ловкости и выносливости. Жаль, что всегда есть одно "но", оно присутствовало и здесь: незнакомец, видно, был бодр и полон сил, чего нельзя было сказать обо мне, прошедшей изрядный путь не в самом сытом состоянии. Вот и сейчас, когда волк начал приближаться ко мне, я лишний раз удостоверилась, что он не испытывал особых проблем по части его размеров и ему ничего не стоило переломить мне хребет. А к черту тебя, дорогой, и не такое видали, справимся. Не дожидаясь пока расстояние между нами сойдет на нет, я решительно двинулась ему навстречу с высоко поднятой головой, позабыв на мгновение про усталость, чтобы после и вовсе пройти мимо него так, будто я не находилась в безысходном положении.
- Видно, твоя наивность росла вместе с тобой, - в тон его словам ответила я. - Глаз да глаз нужен, не то ничего путного из наивности этой не выйдет из тебя. Я бы с удовольствием приглядела, да только уж очень спешу, не май месяц, чтобы мило прогуливаться по лесу, знаешь ли.
Острый язычок - единственное оружие, что могло бы хоть как-то повлиять, задавая иной сход событий, а я задержала дыхание, проходя мимо незнакомца, упорно продолжая смотреть ему в глаза, пока это было возможно. Задержала дыхание да так, что, казалось, будто слышу не только, как бьется свое сердце, но и его. Чуть прошуршало, заглушаемое скрипом снега под лапами, когда едва коснулась своим тощим боком его, собирая мужество в один маленький, но твердый комок. Ты ведь не такой, как они, ты намного лучше, у тебя внутри доброта, а у них вовсе пусто.

Отредактировано Asso (2012-10-14 11:41:01)

+2

6

Да кто ты такая?! Мысль молниеносно пронзила разум волка, после чего он наконец-то осознал, как перестроилось не только его телосложение, но и черты его характера. Ранее Терас пропустил бы все мимо ушей, пожал плечами и поплелся бы прочь от столько некультурного собеседника, теперь же он чувствовал: он чувствовал, как где-то в о области желудка зарождается раздаривающее зудение, отчего дыхание несколько учащается, и просыпаются такие чувства, которые ранее волк не умел чувствовать - острое недовольство, желание поставить зазнайку на место. Он чувствовал, как его начинает выводить неповиновение и то, когда что-то идет не так, как ему хочется. Уверяю вас, такого раньше не было, но все когда-нибудь меняется. Конечно, зверь не прокручивал в голове эпизод, как его клыки-ножи терзают атлетичное белое тельце, а желудок попутно наполняется собачье плотью. Нет, что вы. Терас хотел лишь уважения к себе, пускай даже фальшивого, но уважения. И что взамен? Ядовитые фразочки о какой-то наивности?
-У тебя рассудок помутился от страха, - выпалил серый зверь, когда незнакомка бесцеремонно начала приближаться ближе, да еще и гордо задрав голову. Не дерзость ли? Тем временем стройное тельце продолжало приближаться, и вскоре расстояние сократилось до минимума, хищник мог чувствовать тепло, исходящее от бока суки. Пожалуй, это стало пиком, конечной точкой терпения Тераса, мутировавшая кровь взяла верх, пробуждая крайне радикальные чувства, затаившиеся в самых темных уголках еще живой души. Куцехвостый оторвал передние лапы от земли и резко дернулся в сторону, упираясь ими рядом с незнакомкой, таким образом преграждая той путь. Клыкастая морда самца нависла на мордой суки, сквозь клыки цедилось горданное, предупреждающее рычание, а черная губа нервно подергивалась в такт рычанию. Дзынь. Дзынь. Дзынь. Звенели звенья цепи, и этот нервирующий звук идеально сплетался с волчьим рыком, нагнетая обстановку. Морда зверя была направлена немного вниз, и пасть в любой момент готова была обхватить мордашку незнакомки, как обычно и делают волки, подтверждая свое доминирование. Разноцветные глаза внимательно следили за реакцией 'подмятой' под волка собаки, чтобы в любой момент отразить неразумную в данный момент атаку, но кто знает, что может выкинуть испуганный мозг. Грудь волка тяжело вздымалась, когда тот заглатывал очередную порцию морозного воздуха, и так же тяжело опускалась, когда разгоряченный воздух вырывался из пасти; незнакомка прекрасно могла ощутить эту ритмичность, грудь куцехвостого находилась совсем близко от ее груди, слегка касаясь ее и подталкивая при вдохе. Неполноценный хвост сохранял параллельное земле положение и временами подрагивал, выражая раздраженность серого, которую, впрочем, можно было с легкостью уловить и без хвоста. И все же надо отметить одну очень важную вещь для данного периода жизни Тераса - волк бы не позволил себе накинуться на суку, какая бы реакция не последовала в дальнейшем, точнее, волк бы мог себе позволить, а вот его совесть и сохранившиеся пережитки прошлого - ни за что. Почему? Наверное, Ренон сохраняла память о его прошлом, т.к знала серого зверя наизусть, поэтому Терас и старался вести себя так, как раньше, а не так, как должен вести себя псайтер. Тем не менее, весь его внешний вид говорил об обратном, взглянув на него со стороны, можно было с уверенностью заявить, что это настоящая машина для убийств, которой достаточно лишь искры, чтобы вся его агрессия и злоба вспыхнули и пустились в пляс. На костях других. Но нет, волк еще не перешел эту границу, он перейдет ее, когда самое трагичное событие в его жизни перевернет все, вывернет зверя наизнанку, все чувства, все надежды, всё.
Итак, Терас хотел лишь добиться уважения со стороны незнакомки, которая так бесцеремонно решила продемонстрировать либо свою отвагу, либо свою глупость. Впрочем, ее было за что уважать, хотя бы за то, что она не пустилась наутек. Может на это были какие-то причины? Возможно. Грудь хищника начала толкать суку в сторону, и теперь это явление было связано не с процессом дыхания, а с тем, что Терасу так хотелось. Массивная туша уверенно вынуждала незнакомку сдвигаться в сторону, а нависшая сверху пасть не давала возможности сбежать, по крайней мере, не покалечившись. В этой ситуации по зверю никак нельзя было сказать, что в его намерения не входит потрепать суку, но вы же знаете, что внешность обманчива, хоть и так убедительная в случае волка. Не знаю, заметила ли незнакомка, но куцехвостый толкал ее в сторону реки. Зачем?

+2

7

- Черт бы тебя взял, ну что еще, что? Снова оплошалась, Ассо, снова. Эй, ты хочешь уйти сегодня отсюда или нет? Предпринимай более радикальные меры, голубка.
- Заткнись, - просто сказала сама себе. - Заткнись. Мой мозг норовил превратиться с дурно пахнувшую кашу, рьяно пытаясь найти какой-то выход, а я не находила в себе силы, чтобы предотвратить это превращение. Разумнее всего было просто стать наблюдателем, который незримо будет влиять на происходящее. Это как плыть с одного берега реки на другой через бурное течение: хоть разбейся о камни, пытаясь остановить или замедлить течение, у тебя все равно ничего не выйдет, но, если ты отдашься в лапы стихии, лишь выбирая направление, то через какое-то время окажешься на том берегу, хоть и значительно ниже. Так было и тут: я ничего не потеряю, если упаду в его глазах или не оправдаю ожиданий, главное сумею выбраться из этого положения, которое начинало неплохо раздражать, портя и без того не самый приятный вечер. Так хотелось думать, по-крайней мере. Это все, что мне оставалось после того, как "удался" мой ход конем. Теперь я стояла отрезанная от моего намеченного пути, приколоченная к земле раздраженным взглядом. Шаг вправо, шаг влево - расстрел, а в данном случае я осталась бы с перекушенным черепом, что с легкостью провернул бы волк, которому вполне позволяла сделать это челюсть и внушительные зубы. Все-таки Радиация - странная вещь. Я всегда относилась к ней с немалой долей уважения, хоть и не одобряла ее действий, глядя на аномалии и псайтеров. И у меня были на то причины, ведь я многого бы не лишилась, не будь на этом месте катастрофического взрыва, освобождавшего эту самую Радиацию. Дивилась тому, какой я могу быть мечтательницей, сотни раз прокручивая свою жизнь так, если бы не случилась в моей жизни она - загадочная особа, создавшая свое царство под названием "Зона". Не стояла бы сейчас, а, правда, нежилась в тепле камина, лежа в ногах хозяина, а под боком копошились маленькие спиногрызы, в коих бы не чаяла души. К слову, надо сказать тому человеку "спасибо" за то, что решил посмотреть то самое царство, взяв в эту экскурсию и меня, а после оставив на произвол судьбы, сгинул в какой-то бездне, которыми полна Зона. Не пожаловалась никому, отнюдь, такая же судьба постигла не один десяток псов, а я лишь та малая часть их. Не много кого можно удивить, поведав свою печальную историю без счастливого конца, они ведь почти все, как на подбор, заставят лишь усмехнуться и пойти дальше. Так и живем. Что же до остальных - черт его знает, эти леса давно уже затихли, ведя свою темную игру. Вот и ясный тому пример - волк-переросток, что мало напоминает своим видом таких волков, которых привыкли видеть ранее. Он, конечно, узнаваем, но Радиация несомненно лихо потрепала его, превратив в свою пешку на этой шахматной доске жизни. Теперь он, вероятнее всего, движимый голодом и безрассудной яростью, коей обладает добрая часть слепых животных, навис надо мной всем своим телом, упорно толкая меня в сторону реки. Прижав покрепче и без того оттянутые назад уши, лишь покорно следовала его "указаниям", не забывая начать паниковать. Плохой знак, паника мне не соратник, но потрепанные за вечер нервы активно сдавали позиции, норовя вот-вот вырваться наружу сдавленным рычанием загнанного в угол зверя. Давно перестала себя подбадривать, зная, что все равно внутренний голос не спасет ситуацию, а лишь пуще натянет и без того хилый канат нервов. Прикидывая, что вполне могу оказаться по уши в ледяной студеной воде, теперь снова поняла свою уже третью за сегодняшний вечер осечку, которая вначале могла дать мне весьма малотратный выход из этого щекотливого положения. Похоже, мне в буквальном смысле придется отдаться течению, но после того, как я выберусь на другой берег, мне вряд ли придется больше о чем-то думать. The end, darling.

+2

8

Абсолютное подчинение - вот какова была реакция белой особы, которая в знак подчинения все сильнее прижимала мохнатые уши к изящной голове. Впрочем, а чего вы хотели? Только тот, кому надоело жить, станет затевать перепалку с волком, и хоть им еще не овладело безумие, обволакивая некогда чистый рассудок плотной пеленой безрассудства, противостоять зверю - безумие. А такое случается, когда на пути попадается безумная сука, выпячивающая свой 'королевский' нрав и пытающаяся доказать, что она пуп земли, и никак иначе. Обычно, они кончают плохо: либо вспоротое брюхо, либо проломленная черепушка или, в лучшем случае, поломанная конечность. Белой незнакомке такое не грозило. Терас уже был удовлетворен тем, что незнакомка подчинилась, демонстрируя свою слабость и покорность. Рык куцехвостого стал утихать, лишь только легкое, предупреждающее порыкивание продолжало цедиться сквозь клыки, но оно уже было намного мягче, чем прежде. Еще пару десятков сантиметров, и лапы борзой уже бы были в воде, но хищник остановился, и лапки остались в сухости и сохранности, по крайней мере, пока. И что дальше, спросите вы? Что последует дальше, когда жертва уже загнана, когда отрезаны все пути к отступлению, когда судьба собаки находится во власти волка? Для начала стоит все-таки вернуться к тому, что в планы Тераса не входила кровавая расправа и прочие вариации данного действия, он хотел добиться уважения и опасения со стороны наглой суки, поскольку, цель была достигнута, то зверю уже было не нужно нависать над хрупким тельцем незнакомки, продолжая вжимать ее в землю. Она поняла урок и вряд ли будет в дальнейшем играться с куцехвостым.
-Только рискни шкурой, - грубо выпалил зверь и клацнул клыками у самого носа собаки, таким образом ставя точку в своем уроке. Серый отклонился назад, и голова приняла прежнее положение, теперь над ухом борзой не издавалось гортанное рычание, и она была относительно свободна: пути отступления пристально контролировались разноглазым, но пространство сверху было свободно,  от чего, наверняка, суке становилось легче дышать, и уж тем более стало менее страшно за то, что в любую секунду волчьи клыки могут сомкнуться на ее морде.
Самец повел левым ухом, отводя то назад и от конечной точки возвращая его в прежнее положение, Терас старался уловить шаги Ренон, которая уже надолго опаздывала и пропускала все самое интересное. Однако, все было тихо, лишь журчание реки нарушала тишину. Серый гулко выдохнул, выпуская из ноздрей струю белесого пара и при этом не сводя глаз с незнакомки, отчего могло сложиться мнение, что волк недоволен белой особой, однако это недовольствие было припасено для мамаши. Хотя 'недовольствие' все же не то слово, которое следует употребить. Терас в принципе не мог испытывать к своей приемной матери негативных эмоций, подобного волк никогда не испытывал и вряд ли когда-нибудь будет, Ренон была для него идеалом, образцом, на который нужно ровняться, и перечить ей, значит, словно отречься от веры. Впрочем, чтобы разобраться в отношениях этой парочки нужно углубиться и разобраться, уж очень эти отношения были не типичными для волка и собаки. Где вообще такое слыхано? Но привычка есть привычка, от нее очень трудно избавиться, особенно, когда привычка предстает в лице живого существа.
Итак, Ренон не было, внутри зверя начало зарождаться волнение и готовность мчаться и искать свою старушку, однако разумнее было остаться на месте, чтобы не бродить по всему лесу и пытаться найти друг друга, к тому же, если бы что-то случилось, Ренон наверняка подала бы звуковой сигнал. Да еще нужно учесть и то, что перед куцехвостым находилось незнакомое существо собачьего рода, и Терас, опираясь на инстинкты хищника, а точнее хищника и жертвы, не хотел выпускать незнакомку из своих лап. Все эти факты, сложившись воедино, вынудили Тераса остаться на месте и ждать, попутно изучая суку. Волк очень долгое время не встречал других собак, поэтому ему было интересно пронаблюдать за реакцией незнакомки, да и оценить, могут ли такие особи представлять угрозу. Именно эта незнакомка - вряд ли, да, она была юркая и скоростная, но только эти способности никак не смогли бы спасти ее в данной ситуации, она была, по-видимому, утомлена, и вдобавок прижата к реке. Теперь ей оставалось стать объектом наблюдения. Что с ней станется? Отпустит ли ее серый зверь или же эта встреча закончится весьма трагично?

+2

9

Знаешь, мы столько лет в пути
И все труднее нас спасти,
Нужно все бросить и уйти,
Но остаемся.

Вот и все, сегодня я умру; если бы я знала, что так случится, я бы обязательно проснулась пораньше, не потратила бы день на пустые переговоры, какие-то банальные повседневные дела; я бы попыталась сделать все, что так давно хотелось; я бы не решилась отправится за километры, проведя половину дня в пути; я бы отбросила все суеты, стараясь запомнить каждый миг, а после, позабыв всякий страх и гордо выпрямившись, может быть, с едва заметной улыбкой на губах, встретила тетушку Смерть, древнюю, как сама Жизнь.
Ты когда-нибудь задумывалась о смерти? Не бойся ее, девочка, не бойся. Смерть - это не конец, отнюдь, это новое начало. Не смотри на меня с таким укором, я ведь знаю, о чем говорю. Знаешь, я день изо дня просыпался с мыслью, что мне так ужасно опостылела жизнь, что я не хочу жить, а теперь мне кажется, что я столько не успел сделать, завершить. Ох, глупенькая моя, оставь эти пустые попытки, ты ведь понимаешь, что это ни к чему не приведет, мое время пришло. А ведь раньше все казалось таким непростым, со своей дурацкой логикой, которую не всякий отважится понимать. Теперь она до абсурдного смешна, я бы с радостью захохотал, не будь мне так стыдно за Создателя. Глупец. Кругом сплошные глупцы. Опера глупцов.
Кажется, когда-то кто-то говорил, что перед смертью вся жизнь пролетает перед глазами? Отнюдь, сугубо личное мнение, навязанное остальным, хотя, может быть, найдутся и такие, кто будет с этим солидарен. Я же вновь припоминала слова Мароу, припоминала до каждого слова, до каждой мелочи, до каждой интонации. Всегда с подвязанным языком, этот старик умел говорить так, чтобы слова запечатывались в мозгу крепко и надолго, чтобы нести полученные знания через года так же свежо, будто просят воспроизвести только что услышанное.
Что теперь моя жизнь представляла бы, не встреть я на пути тебя? Мне определенно была писана иная судьба, а ты не без коварства обставил того, кто привык решать за других, того, в ком давно утрачена вера, по крайней мере, как в светлое начало. Но я ведь и в себя теперь не верю, я потеряла всякую надежду, да она мне и не к чему. Я на пороге с цветами, встречай меня.
Резкая фраза и все рассеялось в один до неприличия короткий миг. Выпустила из легких воздух, обессилено уронив голову на грудь. Мы обязательно встретимся, слышишь меня? Прости. Теперь надо мной не нависала туша перекачанного волка, с клыкастой пастью. С опаской обернувшись на ледяную воду, журчавшую в каком-то незначительном расстоянии, инстинктивно подалась вперед, непроизвольно сделав пару шагов подальше от верной погибели.
- Разве похожа на ту, которая и вправду так поступает? - просто, чтобы проверить свою способность говорить; каждое слово давалось неимоверно трудно, заставляя ворочаться пересохший язык; серый не воспримет мои слова за очередную дерзость, он ведь не глупец, а я просто слишком устала, чтобы взвешивать свои действия, слова, хоть и прекрасно понимала, чем все снова грозит кончится.
В животе неожиданно громко заурчало, оповещая, казалось, весь лес о моей потребности. Facepalm. Не потупила взгляд, лишь подняла голову, ожидая достойно встретить любое проявление насмешки со стороны волка, благо гордость тут же метнулась обратно. Она вообще неотступно следовала за мной по пятам, из-за чего, иногда, я платилась и достаточно. Хождение по лезвию ножа, мистер Волк.

0

10

Незнакомка оторопела. Движения ее стали скованными и сухими, вся уверенность характера улетучилась, развеялась в морозном воздухе. И это не могло не радовать серого зверя, который наглядно продемонстрировал, кто здесь хозяин и как следует вести себя в его обществе. К счастью для борзой, это все, чего хотел Терас, ибо будь на его месте матерый псайтер - пиши пропало. Пара шажков вперед, после взгляда с опаской на ледяную воду, и незнакомка сумела выжать из себя набор связанных слов, с трудом и страхом, но смогла. Желваки волка импульсивно содрогнулись от услышанного, но рычание больше не тревожило замерзший воздух, напряжение медленно пошло на спад, но это еще не означало, что белой особе можно расслабиться.
В ответ на речь белохвостой, волк смирил собаку строгим, раздраженным взглядом разноцветных глаз. Не знаю, по какой причине незнакомке вообще потребовалось отвечать на команду куцехвостого, то ли от испуга, то ли от чего-то еще, но в любом случае, по мнению зверя, ответ был лишним. Урчание, доносившееся из брюха собаки, вынудило спонтанный смешок вырваться из клыкастой пасти, по которой позже пробежался черный шершавый язык, ставший еще одной жертвой мутации, отчего на нем не осталось ни следа розового цвета.
-Проголодалась? - не без иронии спросил волк строгим голосом, -Тоже? - спустя несколько секунд добавил хищник, 'очень' тонко намекая на то, что его брюхо тоже пусто и было бы не прочь набиться кровавым мяском. Хотя, на самом деле волк не был настолько голоден, просто хотел понаблюдать за реакцией незнакомки. Да, на тот момент он был не прочь поиграться с собеседником в психологические игры, однако со временем эта черта развеется и не оставит и следа. Все-таки душевные раны являются серьезным толчком для перестроения характера, даже радиация не влияет на это в такой степени, да и кто бы мог подумать, что эта страшная зверюга вообще может испытывать глубокие чувства. Скоро все изменится, скоро душа куцехвостого покроется плотной броней, через которые смогут просачиваться лишь скверные чувства: ненависть, злоба, агрессия. Если незнакомка останется жива, и ей посчастливится встретить волка в будущем, то ей знакома будет лишь его оболочка, но никак не ее содержание. А, собственно, зачем смотреть в будущее? Продолжим.
Тем временем, пока взгляд хищника вгрызался в белое тельце, сердце Тераса начало отбивать другой ритм, сердцебиение по неизвестным причинам участилось, отчего дыхание волка стало тяжелым, шумным. Псайтеры могут тонко чувствовать окружающую среду, благодаря своим пси-полям они могут уловить многое, что недоступно обычным существам. Ранее такого не происходило, поэтому куцехвостный начал нервно порыкивать, не понимая, что с ним происходит. На душе стало неспокойно, даже недавняя знакомая отошла на второй план, теперь взгляд разноглазых очей смотрел сквозь суку, будто волк пытался смотреть внутрь себя, а не на окружающие его объекты. Задержав взгляд ни на чем, серый зверь глубоко вдохнул и резко выдохнул, пытаясь усмирить сердце, однако это не помогло, и взгляд невольно метнулся в лесную чащу, его тянуло туда, словно магнитом. Лишь краем глаза Терас следил за незнакомкой и за ее действиями, при этом во взгляде его не было рассеянности, отстраненности от реального мира, лишь сосредоточенность, поэтому серый был готов пересилить тягу к лесной чаще и принять меры по отношению к белохвостой, если та решит, что у нее появился шанс безнаказанно удрать. Куцый хвост рефлекторно вздернулся вверх и принял параллельное земле положение, являясь показателем настроения зверя. Что за чертовщина здесь происходит? Недовольно бурчал волк, пока взгляд его утопал в темной чаще, ведь солнце уже практически скрылось за горизонтом, оставляя за собой слабый фиолетово-алый след.

0

11

- Ты такой разговорчивый, душка, - хотелось, было ответить на раздраженный взгляд суровых глаз. Несомненно, они могли говорить больше, чем какие-либо слова, но я так не люблю тишину. Она мой незримый попутчик, строго следующий за мной на хвосте Она тесно связана с моей должность, работой, что я выполняю за неплохой кусок мяса и "крышу" над головой, поэтому мне приходится считаться с ней. Я не трепло, но держать язык за зубами не могу. Конечно, все в этой мире относительно: я часто плачусь за острые фразочки "не к месту", четко бьющие в самое яблочко, но никогда не забываю отметить границы дозволенного, и вряд ли удастся по случаю услышать от меня какую-либо информацию, что добываю собственной шкурой, суя свой нос куда прикажут. Да, мне приходится считаться с тишиной, но после смерти Мароу у меня появилась некая фобия, донимающая меня своими щупальцами, хватая на живое. Она бы не появилась, если бы он тогда не ушел, оставив после себя глубокое безмолвие, режущую уши тихую пустоту.
Короткий смешок - право, я его ждала - и грубый, пропитанный легким сарказмом голос. Меня снова передернуло, на морде на мгновение застыл остекленелый взор. Шершавые отчего-то вдруг веки скользнули вниз, "соскребая" вылившиеся наружу во взгляде чувства. Вздохнула, больно прикусив самый кончик языка. Сама слишком часто и умело люблю намекать, но когда тебе платят той же монетой - не самое приятное ощущение в мире. Все, конечно, ничего, ты привыкаешь, приспосабливаешься не замечать подобную чушь, что стремиться нарушить контроль, но когда речь идет о твоей шкуре... Возможно, это лишь уловка, но нахлынувшая дезориентация дает понять, что над своим самообладанием стоит много работать.
Этот волк умело погружал звуки в полнейшую дремоту, выстреливал словами, и снова дремота звуков. Иллюзия, но как правдиво. В ушах раздавался какой-то писк, подаваемый на высоких частотах - я просто схожу с ума. Происходящее вновь давило на плечи. Головокружение заставляло чуть покачиваться, упорно не поддаваясь моим попыткам взять себя в лапы. Невыносимо. Подняв глаза на серого, попыталась проследить его взгляд, но отчего-то не могла - просто не получалось.
- Может, составим друг другу компанию? В плане охоты, - пусть рассмеется мне прямо в морду, пусть сочтет сумасшедшей, я просто не могла больше молчать. В животе снова заурчало, но на этот раз очень тихо, еле слышно. Хотя, если даже он согласиться, его глазам откроется удивительное шоу - вряд ли я смогу что-то поймать в таком состоянии. Только теперь я поняла насколько разбитой себя чувствовала. Ощущение сгущающейся пустоты заставило на мгновение задержать дыхание. Кажется, волк тоже чем-то был обеспокоен. Он ничем себя не выдавал, но тишину вдруг начало резать встревоженное рычание. Я снова попробовала высмотреть то место, куда были направленны его глаза. Осознала, похолодев, начала прикидывать, что же происходило сейчас в лесу прямо у меня за спиной. В таких моментах нужно надеяться на светлое, но мы в Зоне и не стоит относиться к ней снисходительно, а уж тем более недооценивать. Медленно, очень медленно чуть повернула голову назад так, чтобы и серый оставался в обзоре. В глаз тут же ударил последний луч угасающего солнца, а потом оно вовсе скрылось, ушло, погрузив местность в кромешную тьму.

0


Вы здесь » Dogs: Madness games » временная аномалия » Когда-то я был рыцарем, помнишь?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC